ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     09-11.2016
17.06. Лето в разгаре, и мы не отстаем!
Подробно обо всём и обо всех расскажет Тони! А у нас игра-игра-игра Фанты, бегом выбирать коробки и участвовать!
В игре: Гидра уходит в тень, в Асгарде назревает Рагнарёк, и первые звоночки конца правления асов уже появились - корабль Нагльфар у берегов Аннаполиса все еще стоит. На Луне уже все отгорело, и 5 Фениксов творят невообразимое на земле. Нелюдям приходится несладко, ведь переезд на Землю и спецслужбы не дремлют.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » I put on spell on you


I put on spell on you

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

I PUT ON SPELL ON YOU
http://forumfiles.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://sh.uploads.ru/chSaj.gif
Amora | Thor
http://forumfiles.ru/files/0018/aa/28/36613.png
“ I put a spell on you because you're mine. You better stop the things you do, I tell ya I ain't lyin'... I ain't lyin' ”

ВРЕМЯ
после Wicked game

МЕСТО
Асгард

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
magic mirror

OST

[AVA]http://s5.uploads.ru/Gj3De.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-06 21:33:26)

+2

2

Черное стекло зеркала, тусклое, как глаз старого дракона, на миг подернулось светлой рябью и погасло, отражая в своей глубине только непроглядную темноту. Ночной мрак разбавляли огоньки нескольких десятков свечей, беспорядочно расставленных на плитах каменного пола в покоях Чаровницы, а изгнанная тьма заглядывала в окна, сторожа тайну. Терпко пахло горящим воском и густым ароматом благовоний от фитилей, пропитанных специальной масляной смесью.

Сама волшебница стояла в центра круга, исчерченного сияющими знаками рун, босая, в одной лишь синей бархатной хламиде без рукавов на голое тело. В вытянутой правой руке она держала старое зеркало, а левой как будто плавно манила к себе кого-то. Губы Аморы шептали страстный призыв; поблескивающие зеленым, как кошки, глаза были полускрыты под тяжелыми веками; голова запрокинута, позволяя распущенным по гладким алебастровым плечам волосам стекать золотой волной почти до самых пят.

Зеркало в руке волшебницы казалось странным инородным предметом в оплоте неги и роскоши, которыми любила окружать себя Чаровница. Потускневшее, с выщербленной и поцарапанной местами оправой с выпавшими кое-где каменьями, когда-то составлявшими единый затейливый узор на обратной стороне, оно было похоже на убогий призрак некогда богатой вещи, сотни лет назад тешившей тщеславие давно умершей красавицы. Однако Амора держала зеркало словно драгоценнейшее из сокровищ.

Наконец, резкий страстный шепот, срывавшийся с губ Чаровницы, стих, и темное око зеркала вспыхнуло, откликаясь на магический призыв. Бледное сияние выплеснулось за пределы стекла, языками прозрачного пламени стирая следы времени и разрушения. Почерневшие серебро оправы посветлело, безвременно увядшие цветы орнамента вновь расцвели сверканием самоцветов, и в зеркале появились отражение. Однако оно не принадлежало Аморе.

Волшебница торжествующе улыбнулась и поцеловала холодное стекло, завершая ритуал. По комнате пронесся сквозняк, гася свечи, одну за другой. Мягко ступая босыми ступнями по разогретому полу, Чаровница вышла из рунического круга. Ее грудь высоко вздымалась, а кожа блестела от выступившей испарины, словно после долгой любовной схватки. Она томно потянулась, разминая сведенные мышцы, и с тихим смехом упала на расстеленную перед камином белую медвежью шкуру. В очаге тотчас вспыхнул жаркий огонь, согревая озябшее тело Аморы. Нынешней ночью она была одна.

Но завтра утром все переменится. Уже переменилось.

С блуждающей мечтательной улыбкой Амора смотрела на пляску огня в очаге, пропуская между тонкими пальцами густую медвежью шерсть.
[AVA]http://sh.uploads.ru/7BQ9u.gif[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-14 23:47:43)

+3

3

... Одной из ошибок волшебников, особенно захваченных какой-то целью, или же вознамерившихся провести какой-нибудь замысловатый ритуал - является то, что они почитают себя окруженными аурой всемогущества и величия, мешающей кому-либо вмешаться в их страшные планы. Им мнится, что своими песнопениями, свечами, балахонами и едва различимым бормотаньем они нагоняют кому-то страх; однако, достаточно сравнить это все с пирушкою старых друзей по какому-нибудь вескому поводу (помолвка, брак, поездка, поход, новая лошадь или новые пряжки на туфлях) и станет понятно, что всего этого там окажется тоже в избытке, а то и побольше. Уж бормотания точно. И скатертей, оказавшихся на головах. Иногда.
Тор, например, до сих пор не мог без содрогания вспомнить, как проиграл одному из великанов свой молот в кости, и, чтоб добыть его, им с Локи пришлось переодеться в двух проституток; по счастию, великаны не слишком разборчивы в габаритах асгардских женщин. Идея, конечно, принадлежала младшему, и он здорово повеселился, наблюдая за тем, как Громовержец натягивает чулки и пытается устоять на каблуках.
Окажись рядом слушатель - наслушался бы бормотания по самое некуда.

Маги постарше, поопытней, кто хоть раз сталкивался в своей жизни с препятствием вроде любопытных слуг, жены, тещи, а то и сварливой мамаши, начинают принимать меры. Так появляются возле их вроде бы ничем не приметных домов всякие темные башни, куда ноги по пояс сотрешь, пока доберешься, лабиринты с милыми сюрпризами вроде цветов-людоедов, и другой ерундой. А всего-то и нужно, что оставить в покое грозных кудесников, и не мешать им кидать в их котлы тараканьи усы да лягушичии лапки.
Особенно плохо, конечно, приходится симпатичным колдуньям.

И сегодня тяжесть быть привлекательной женщиной, посвятившей себя чародейству, Амора смогла оценить очень скоро  - практически сразу же после того, как упала на белую шерсть, позволяя ворсинкам щекотать и гладить себя, словно пальцам любовника.
Нынешней ночью она планировала остаться одна.
Но кто б ее спрашивал?

- А у тебя тут неплохо,- голос, в котором хорошо читалась насмешка, раздался почти над самой ее головой. Тор Одинсон, собственной персоной, стоял над раскинувшейся на шкуре волшебницей, разглядывая окружающее с любопытством, в котором смешались напряжение, затаенное торжество (обмануть, подстеречь и заставить почувствовать себя беззащитной, слабой женщиной перед сильным мужчиной) и толика той самой враждебности, которая может легко перейти в свою противоположность.
Не давая ей времени на испуг - а точнее на то, чтоб испуганная колдунья сделала что-нибудь, защищаясь от неожиданного вторжения - он приложил палец к губам.
- Чшшш! Локи ночует у тебя? Ждешь его?
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+3

4

Вскинувшись, как лань, застигнутая львом у источника вод, Амора села, обхватив колени руками без единого украшения, и с замешательством поглядела на Тора из-под спадавшей на лоб золотой пряди. Так скоро Громовержца она не ждала, и точно не ждала его без приглашения. Но Чаровница была не из тех, кого можно было легко смутить или напугать.

– Что если жду? – с дерзкой улыбкой спросила она и, насладившись мгновением гнева во взоре гостя, обезоруживающе рассмеялась, покачав головой. – Нет. На самом деле нет. Располагайся, коли пришел.

Она вытянула в сторону левую руку, и под сложенной лодочкой ладонью из щели меж каменными плитами проклюнулся росток. Поначалу хилое и слабое, растеньице стремительно пошло в рост, ветвясь и зеленея редкой листвой, и через минуту два лиловых бутона на стебле лопнули, явив в нежно-розовых сердцевинах пузатые бокалы с рубиновой жидкостью.

– Не побоишься испить вина из рук ведьмы? – усмехнулась Амора. – Даже если поклянусь, что в бокалах нет ничего, кроме вина?

Почти погасший при появленьи Громовержца огонь в очаге вновь запылал ровным пламенем, с басовитым шмелиным гудением набросившись на охапку сухих дров. Красноватые отблески света сполохами ложились на обнаженные руки Чаровницы, черными тенями рисуя более угадываемые, чем видимые изгибы соблазнительного тела, надежно укрытого широкими складками бархатной хламиды.
[AVA]http://i6.pixs.ru/storage/1/0/1/IMG2018060_7517422_30311101.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-02 17:47:21)

+2

5

Ночной гость презрительно фыркнул, всем видом показывая, что даже десять ведьм, собравшихся вместе - да не таких хорошеньких златовласок, а самых уродливых старух, каких можно сыскать в Девяти мирах - и протянувших ему не чашу вина, но ковш, в котором у него на глазах утонули ядовитые травы и засушенных хвостики ящериц, не заставили бы сына Одина затрепетать в страхе. Однако же на предложение он ничего не ответил, да и садиться не стал, предпочтя провести внезапно начавшийся визит, как говорится, по упрощенному протоколу.

Остановившись у очага, принц с тем пренебрежением, что свойственна воину, привыкшему обходиться куском хлеба на ужин, и брошенным на землю плащом вместо мягких перин, принялся рассматривать безделушки, составленные на полках. Парочку из них даже потрогал пальцем, словно недоумевая, зачем все эти знаки роскоши для развлечения праздного ума - и с легкой иронией снова взглянул на Амору.
Видно было, что он не испытывает трудности в том, чтоб начать разговор, но, возможно, слегка сам поражен своей дерзостью - проникнуть ночью в жилище женщины, которая, очень возможно, спит с его собственным братом.
Но, кроме этого, очевидно было и то, что природное любопытство и ревность давно уже взяли верх, и поэтому принц не соберется сейчас же уйти, задав свой вопрос, как собирался вначале.
Впрочем, никто его и не гнал.

- Так что, ты подумала над моими словами?- приподняв брови, спросил он, вытянув руку тем жестом, который ясно показывал, что хозяйка покоев может подать гостю вино.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+2

6

Чаровница чуть шевельнула пальцами, будто отправляя в полет с мягкой ладони невесомый лепесток. Колдовской цветок, напружинившись, вытолкнул из лиловой чашечки округлый бокал, который поплыл в воздухе прямо к руке Громовержца. Второй бокал Амора взяла сама без всяческих дополнительных и эффектных ухищрений. Однако за ту минуту, что творилось маленькое волшебство, с обликом волшебницы также произошли перемены, по отдельности ничем не примечательные, но вместе преобразившие Чаровницу. Вызывающий алый кармин пунцовых губ поблек до невинно-розового, сверкающий зеленью пронзительный кошачий взгляд сменился мягкой серой дымкой, скулы чуть заострились, придавая бледному лицу усталое и беззащитное выражение.

– Подумала, – Амора зябко повела плечами, позволяя свободно распущенным волосам окутать ее словно золототканному плащу. – Не знала, что тебе понадобится ответ, – она невесело усмехнулась и первой пригубила вино, чтобы гость не терзал себя напрасными подозрениями.

Напрасными – потому что в своем доме, на своей территории, Чаровнице не было нужды прибегать к уловкам, чтобы причинить вред.

– Если я откажусь обучать Локи, то назову ему истинную причину. Лгать я не стану. Он все равно поймет, – просто объяснила она. – Это будет мой последний урок. Сплетни и злословие привычны мне, теперь и он узнает, каково это. Всякий опыт полезен. Ты... – Амора посмотрела на Тора поверх поблескивающего стекла бокала, – не думал оставить все как есть? Это не продлится долго, знаешь ли. Никогда не длится.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

+2

7

Дерзость, которую позволила себе колдунья, рассчитана была явно на то, чтоб запугать. Или чтобы внушить уважение. Ни того, ни другого не произошло: Тор знал, чья воля ведет нынче его рукой, и помнил наставления матери о мотивах, что живут в сердце тщеславной девицы. Очаровать влюбленного принца, пробудить в нем тщеславие, жажду власти; восстановить против брата, быть может... Что же, у Локи столько же прав, сколько и у него. А случись несчастный случай, потеряй он глаз или руку, как Тюр - и на трон первым сядет младший из детей Всеотца.
Как знать, куда простираются планы женщины, охваченной неуемной страстью?

О мотивах брата он даже не думал. Что и взять с мальчишки, глупца, которому, едва ли не в первый раз, привалила удача - улыбнулась красивая женщина, да не просто красивая: как говорили, весьма искусная и в волшбе и в науке любви. Что ей стоило во время урока невзначай прикоснуться к руке, поправляя жест, задеть пышной грудью, склоняясь ближе? Прядь волос, аромат духов, быстрый взгляд, от которого тело наполняется будто ожившим пламенем, а бедра натягиваются тетивой - много ли нужно, чтоб завладеть пылким воображением книгочея? Сильный, красивый - он уже не мальчик, прячущийся по темным углам; природа берет свое.

... Задумавшись, Громовержец принял бокал, едва обратив вниманье на то, каким фокусом тот поднесен ему: игры колдунов - всегда игры. Но стоило его губам прикоснуться к краю, по телу будто прошел электрический ток.
Поцелуй. Он так отчетливо ощутил его, будто сам был в плену обнаженных рук и зовущей надменной улыбки. Поцелуй вспыхнул на губах огненным лепестком, заставив его отстранить питье и почти с гневом воззриться на него, а потом бросить быстрый взгляд на ведьму. Так и было с ним, с Локи? А потом - ночь метаний, смятые подушки, тень под глазами; жажда, которую не унять.
Чары, женские чары, от которых слабеет воля, а сердце принимается биться в груди пойманной птицей.

Что ж... может быть с мальчиком это и получилось. Но не с ним. Не с ним.
- Хорошо,- неожиданно соглашается он с шантажом, на который, как видно, рассчитывала Чаровница. Последние слова, сказанные в попытке в очередной раз пробраться под доспех невозмутимости, облекающий его грудь, он попросту проигнорировал.- Скажи ему правду. Но и мне тогда позволь сделать то же.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+2

8

– Да-а-а? – мягкий округлый смешок скатился в горло вместе с глотком вина. Насмешливо прищурившись, Чаровница снизу вверх смотрела на Тора, и сквозь тщательно вылепленную маску беззащитной женственности на миг проявилось истинное лицо ведьмы, надменное и гневное.

Ничего другого Амора так страстно не хотела в эту минуту, как поставить на колени этого грубияна, нахала и... и... Причем не с помощью колдовства, а чтобы он сам, по доброй воле признал и свое поражение, и ее несокрушимую власть. Первый упреждающий удар он уже почувствовал, жаль только, что отправив свое маленькое послание, Чаровница не могла ощутить ответный вкус мужских губ, подслащенных вином и желанием.

– Правду? Какую правду? – вновь облекаясь в наряд неправедно гонимой добродетели, спросила Амора. – Ту, что твоему воображению рисует твой страх? Ох, прости... – тонкие пальчики прикрыли неосторожный рот. – Могучий Тор ничего и никого не боится, тем более какой-то женщины. Быть может, для начала попробуешь узнать правду?
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

+2

9

- Ночь признаний, вот как?

Он произнес это с иронией, и его взгляд был полон иронии - но, кроме нее, того нескрываемого торжества, которое ощущает мужчина, одержав победу над опасным противником. Редко кто из юношей не воображал такого: женщина, сводящая других с ума - у твоих ног. Покорная, кроткая... и опасная. Нет, как бы он ни был тщеславен, принц не обманывался о том, чего стоит это притворство. Недаром Чародейку стала опасаться даже мать.
И неудивительно, что младший брат принял игру за чистую монету.

Ни миг промелькнула шальная мысль: сделать вид, что поддался ей, назначить свидание, и позвать Локи. Пусть полюбуется, как стелется у ног брата та, по ком он страдает бессонными ночами. Наивный глупец.
Как бы еще выманить у этой ведьмы признание в том, что она задумала?

- Дай угадаю. Вся твоя жизнь - череда преследований, а бедный маленький Локи - единственная живая душа, которая понимает тебя. Он преданный и красивый - а, главное, очень наивный. И ты, конечно, не прикладывала никаких усилий к тому, чтобы он стал таскаться за тобой, как на привязи. Оно как-то само. Его чистота тронула твою душу, и ты... Это - та правда, что ты собираешься мне рассказать?- осведомился он, с наслаждением отпивая еще один глоток из подаренного бокала.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+2

10

Чаровница посмотрела на Громовержца взглядом долгим и глубоким, как синяя густая тьма ночи за окном, и одновременно с гостем поднесла к губам чашу с вином.

– Вся моя жизнь... – длинные ресницы опустились, затеняя блеск глаз Аморы. – Не думаю, что готова рассказать о ней тебе. И – нет. Не думаю, что Локи понимает меня. Но это неважно, совсем неважно, потому что я та, кто понимает его.

Отставив недопитый бокал в сторону, Чаровница без видимых усилий поднялась с места и стала перед Тором, окутанная бархатными складками ниспадающего до полу одеяния, откинув назад голову, увенчанную золотыми кудрями, будто царской короной.

– Ты подозреваешь меня в немыслимом коварстве, воображаешь самые изощренные уловки обольщения и соблазна... – Амора рассмеялась легко и радостно, словно ребенок, чья шалость осталась совершенно безнаказанной и нераскрытой. – Открыть тебе мой секрет? – низкий грудной голос упал до едва слышного шепота, и Чаровница подошла к Громовержцу чуть ближе. – Сказать, каким волшебством я очаровываю? Я, – еще один шажок. – Дарю, – и еще один. – Возможность. Быть. Собой. Без оглядки, и без притворства.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-04 23:35:20)

+1

11

Пламя, бушевавшее в эту минуту в глазах Громовердца, было ярче молний, в дурную минуту сыпавшихся на врагов с его легендарного молота. Хотя... только ли в дурную? Не случайно ли именно в то мгновенье, когда волшебница произнесла последнее слово, где-то на горизонте, над снежными перевалами, тяжело вздрогнуло отягощенное дождем небо. Не огненная стрела, но зарница от края до края прокатилась по нему вспышкой желаний, поднимая ветер, не освежающий - душный; несущий не прохладу, а зной.
Его порыв сквозь открытые окна ворвался в комнату, заставив затрепетать пламя камина и ноздри мужчины, которых коснулся дурманящий манкий запах нежного тела.

Но все же он не сдавался, и продолжал усмехаться.

Еще один глоток - и шея его заблестела от пота. На миг в глазах мелькнула растерянность: может быть, в виде все-таки что-то подмешено? Он пришел сюда совсем за другим. Он пришел говорить о брате. О брате, который готов был лизать этой женщине ноги и целовать ее след на песке. О да, вполне возможно. А она..? Она бы лишь посмеялась.
Точно так же, как сейчас смеется сам Тор.

- Быть собой, говоришь?- тяжко переводя дух, и закидывая назад голову, чтоб золотые волосы рассыпались по спине, открывая шею, блестящую, сильную, покрытую радужным бисером. Пусть подует ветер, пусть охладит его тело. Он, бог грома, хочет этого. Он повелевает этому. Он может это. Он может даже вызвать дождь - прямо здесь, прямо сейчас.
Но ветер не слушается. Молчит, как присмиревший пес, одурманенный колдовством, не слышащий зова хозяина. Не спешащий помочь ему.

- А если кому-то не нужна твоя помощь, чтоб быть собой? Только собой.

... Бокал падает в камин, когда Одинсон делает шаг навстречу женщине, соблазняющей его брата.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

12

Опрокинутый в огонь бокал, зашипев по-змеиному, вспыхнул зеленой ядовитой вспышкой и свернулся в тугой черный комок. Лиловые цветы поникли в смущении и завяли, рассыпавшись в серебристо-серый пепел.

– Значит, нужно что-то другое.

Зачарованная собственным колдовством, Амора протянула руку, чтобы ощутить под пальцами жар вызванной ею лихорадки и почувствовать быстрое биение пульса вскипевшей в венах крови, но испугавшись неведомо чего, в последний миг отдернула ладонь и отступила назад на тот же шаг, что сделал Тор.

Мысли Чаровницы путались в смятении, она почти жалела, что прибегла к помощи волшебного зеркала. И в то же время ликовала, видя, как Громовержца в соответствии с его природой неминуемо влечет в сердце бури. Хуже того, Амора чувствовала, что сама готова отдаться во власть стихий, а не привычно управлять ими.

– Что нужно тебе?
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

+1

13

Это внезапное отступление могло принести разочарование пылкому любовнику, жаждущему наконец-то прижать даму ко вздымающейся от страсти груди. Но... Тор не был влюблен в эту женщину. Больше того - он даже не состоял в ее любовниках, хотя, сказать не кривляясь, сейчас уже был к этому куда ближе, чем безнадежно сохнущий брат. Надо было сделать еще один шаг.
Надо было бы. Если бы он этого хотел. Но разве он хотел этого?

Нет, спору нет, всегда приятно знать, что красотка, которой так добивается другой, после пары слов готова упасть в твои объятья. Вот только не когда этот другой - твой родной брат. Влюбленный дурень. Которому встреча с этой девицей обойдется гораздо дороже. Ему будет больно. Он возненавидит Тора за это. И правильно возненавидит. Сначала.
Потом он поймет. Как понимает ребенок, которому надо выпить лекарство.
Пусть лучше так, чем она причинит ему боль с кем-то другим.

Эти мысли почти сводят на нет все губительное очарование, что, кажется, волнами исходит от женщины. Несколько мгновений Громовержец рассматривает ее так, как глядят на торговку на рынке: спокойно, холодно, взвешивая размеры отступных. Сам удивляясь, что так пьянило его еще мгновенье назад. В эту минуту он видит ее насквозь - насколько мужчина может видеть изменчивую и прихотливую душу женщины. Тщеславие и сомнение, страх перед проигрышем и жажда власти. Не той, что увлекает глупцов: нацепить на себя побрякушки и сесть на золотой трон. Она хочет владеть сердцами, подчинить себе то, что нельзя ни купить, ни украсть, ни взять силой.
Колдунья в этот миг хочет, чтобы в ней видели только женщину.

Он не делает шага - только протягивает руку; отбрасывает с лица пышные локоны, чуть задевает ушко, и в конце концов ловит под подбородок взволнованное лицо. Наклоняется к нему, тревожа дыханием губы.
- Оставь моего брата в покое.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

14

Эти слова могли бы оскорбить влюбленную женщину, не будь эта женщина Чаровницей, владычицей чувств и покорительницей многих сердец. В пылком увлечении она порой теряла благоразумие, но никогда – ясность взгляда и ума. Чуть приподняв уголки губ в обольстительной улыбке, Амора смотрела на Тора, но вместо сурового воина видела капли испарины, выступившей на гладкой коже и увлажнившей волосы на висках и загривке, расширенные одурманенные зрачки, слушала не слова, а частый сбоивший пульс.

Тор что угодно мог говорить сейчас о брате – думал он не о нем. Амора ощутила волнение, будоражившее кровь и чувства, как будто лихорадка, которая снедала Громовержца, передалась и ей, источнику и первопричине болезни.

Опустив глаза, она осторожно дотронулась до руки, касавшейся ее волос и подбродка, и переплела тонкие пальцы с широкой мужской ладонью.

– Убеди меня.

Взгляд, жаром своим способный растопить вековечные льды Йотунхейма, был как удар, под которым мог устоять не всякий воин. Плевать, что гость пришел по зову магического зеркала, останется он по воле хозяйки.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

+1

15

О, она не ошибалась. Она не ошиблась еще тогда, на Арене, наслав на него чары: тело мужчины, юного принца, едва вступившего в свой расцвет, было готово служить ей, готово поддаться соблазну; готово ублажать и услаждать женщину, что, отбросив стыдливость, искушала его и словами и взором. Будь все иначе, явись Громовержец к ней, движимый страстью, или бездельем, или тем острым любопытством мальчишки, лишь пробующего на вкус удовольствия,- Чаровница могла бы уже отпраздновать победу на широкой постели, на пушистом ковре, с которого едва поднялась, или же прямо на полу.
Но это было бы слишком просто.
И слишком... слишком бесстыдно.

... Пламя глаз волшебницы, и правда, могло бы сокрушить вечные льды. Оно повергло бы к ее ногам мужчин, облеченных властью, богатством; оно превратило бы в прах сердце неопытных юношей; больше того, даже старец, убеленный сединами, словно древний ясень, почувствовал бы, как загорается снова в его крови молодой задор. Тор не был исключением: по его венам прошел огонь, грудь заходила, точно кузнечный мех, выдавая заполошный стук сердца - но, несмотря на то, он не пошевелился, не сделал движения навстречу обещавшим и звавшим его красным губам.
Он тяжко сглотнул - и выпрямился. Но вздох, слетевший с полуоткрытого рта, был способен обжечь.

- Оставь мальчика. Попробуй с мужчиной.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

16

Амора склонила к плечу золотоволосую голову, неотрывно глядя на губы Громовержца, казалось, вытесанные из тяжелого мрамора или гранита, так неохотно они размыкались. Она подумала, какие из сказанных слов рождены языком и волей Тора, а какие волей заклятия? Грань определить было невозможно: сила магии меняла Тора, но и сопротивление аса влияло на действие заклинания.

– Из двоих ты лишь Локи зовешь мальчиком? Ты считаешь его слабым?

Чаровница прищелкнула пальцами, и в ее открытую ладонь вплыл недопитый бокал, откуда она сделала небольшой глоток. За спиной волшебницы послышалось едва слышное глухое ворчание. Белая медвежья шкура пошевелилась и, шатаясь, неуверенно поднялась на пустотелые лапы, постепенно обраставшие изнутри плотью и костями; дугой выгнулся мощный хребет, нанизывая друг на друга позвонки и выпуская ребра широкой грудной клетки; мотнулась, обретая устойчивось, большая плоская голова с низким лбом, повернув к Громовержцу мертвые слепые глаза из агата. Но в следующее мгновение тусклый блеск безжизненного камня сменился живым сверканием ярости зверя, увидевшего извечного своего врага. Блеснули острые клыки, обнажившись в громком угрожающем рыке.

– Тихо, тихо, – будто расшалившегося щенка, Амора потрепала медведя по загривку, и он, ворча и не спуская с Громовержца злобного взгляда, улегся на пол, свернувшись в клубок. В мягкую нишу, образованную переплетенными лапами животного, опустилась волшебница, не переставая поглаживать густой и мягкий мех. Медвежьи глаза, сонно моргнув несколько раз, сомкнулись в полудреме, а Чаровница с улыбкой посмотрела на Тора.

– Сила может быть разной, Тор, сын Одина.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-11 21:23:16)

+1

17

Сила может быть разной. Она может вдохнуть жизнь в мертвое существо... или, быть может, создать иллюзию такой жизни. Она может подчинить дикого зверя, укротить грубую плоть, разжечь ее или погасить в ней желание. Она даже может одурманить чувства, заставить вожделеть то, что ненавистно, и предать то, что дорого.
Но что это за сила, что может одержать победу только через обман?

Без сомнения, его брату приятны были подобные речи. Не в силах стать первым, и не желая быть вторым, тот всегда искал пути уравновесить силы. И был в этом хорош.
До того дня, когда позволил себя подчинить.
- Не только я.

Опустившись на колено, он запустил руку в густую белую шерсть, крепко загребая ее в горсть и дергая, словно желая раздразнить, или проверить терпение колдовского зверя. Дюйм за дюймом ладонь подбиралась все ближе к женщине, пока не скользнула вдоль ее бедра, погрузившись во вздыбленную белую холку.
Светлые волосы наследника, рассыпавшись, упали волшебнице на плечо.
- Сила - разная. Победитель - всегда один.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

18

Выпуклый звериный глаз, подернутый мутной пленкой, приоткрылся на четверть дюйма, однако медведь не выразил неудовольствия вольным обращением со своей шкурой. Быть может потому, что не возражала Чаровница.

Густой и тяжелый звериный дух мешался с запахом мужчины, и Амора знала, что Тор так же чувствует аромат и тепло ее тела. Она слегка повернула голову, чтобы зовущие мягкие губы оказались напротив упрямо сжатых мужских губ, а дерзкий взгляд ярко-голубых глаз утонул в темном омуте зеленых с золотыми мерцающими искрами.

– Ты стремишься к новой победе, как к новой женщине, которая еще не успела стать твоей и которую ты позабудешь с рассветом. Тебе никогда не будет достаточно, – хрипловатый смех волшебницы вместе с легким дыханием, подслащенным вином, слетел с насмешливо изогнутых губ. Под опущенными темными ресницами разгорался огонь, сулящий опасность и наслаждение. – Победа это та же иллюзия, исчезающая по истечении срока.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-12 20:47:51)

+1

19

Вздох этот был почти сорван, подхвачен и выпит с насмешливо усмехающихся губ. Ответом смеху был хриплый вздох.
Нависая над откинувшейся назад, почти готовой упасть на спину женщиной, Громовержец вкушал, быть может, величайший миг своего триумфа.
Много ли потребовалось ему, чтобы добиться этой покорности? Что из того, чем обычно покоряют женщин незадачливые воздыхатели? Ни слова любви, ни томных вздохов, ни единого страстного взгляда. Достаточно оказалось просто: пожелать, прийти и взять.
Но - достаточно ли?
Ведьма и сама не подозревала, насколько была близка к истине.

... Глухое рычание вырвалось из его груди, когда ладонь, оставив густую медвежью шерсть, скользнула под прогиб поясницы, обнимая тело, едва прикрытое тонким бархатом. Не скрывая огненной дрожи, сын Одина наклонился к своей противнице, погружая лицо в золотистые волосы, напитываясь их дурманящим ароматом. Жар, шедший от него, грохот его сердца яснее слов говорили об обуревавшем его желании.
Сейчас уже то, что его брат вожделел ее, не казалось ему препятствием. Напротив: сама мысль о том, что он склонялся у этих ног, целовал эти губы, только усиливала безумие, превращая предательство в некоторое подобие торжества.
Знала ли мать, на что толкает его? Почему-то он был уверен, что знала.

Склонившись над Чаровницей, так близко, что даже вздох заблудился бы в их жадно раскрытых губах, он не шевелился, словно выжидая ее следующего хода.
Не любовная схватка, а партия в шахматы, торг и тайный сговор тел - вот что происходило теперь в покоях, наполненных дразнящим запахом недавнего колдовства.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

20

Однако Чаровница не торопилась отвечать на откровенный призыв мужчины. Указательным пальцем она обвела упрямую линию подбородка Громовержца, царапая нежную кожу о золотистую щетину, провела вдоль налитой горячим румянцем скулы, а затем женская ладонь скользнула к затылку, пропуская между пальцами светлую гриву тем же властным и собственническим жестом, каким гладила шерсть укрощенного медведя.

Запрокинув лицо под жадным ищущим взглядом Тора, Амора позволила ему сполна ощутить прикосновение изгибов ее тела, почти почувствовать вкус ее губ. Почти. У опасной грани, на самом краю она остановилась.

– Я не стану твоей новой победой, сын Одина. Не добудешь ты здесь ни трофея, ни добычи, Тор-победитель. Если ты пришел только за этим, уходи.

Взгляд волшебницы потемнел, предвещая бурю, преодолеть которую под силу лишь самому ловкому кормчему. Медведь, уловив перемены в хозяйке, тихо зарычал в полусне, не открывая глаз.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-06-15 00:10:36)

+1

21

Нельзя сказать, что такой поворот встречи, начавшейся как торги, а затем превратившейся в некоторое подобие незапланированного свидания, сильно удивил Громовержца. Сказать правду, чего-то такого он ждал. Даже больше - сам подумывал в последний момент отстраниться, оставив досадующую женщину сокрушаться о том, как много она упустила. И так же осознанно медлил, давая противнице сделать этот ход.
Поддержать ее иллюзию господства.
Вы же так любите иллюзии, мои дорогие.

Две причины заставляли его усомниться. В искренности отказа, и в том, что волшебница не оценила свалившееся на нее сокровище. Первой была рука, все еще державшая его за волосы тем же жестом, каким воительницы-валькирьи впиваются в скальпы мертвых врагов, чтоб высоко поднять отсеченную голову, наводя ужас на окружающих; некоторые из них, по легендам, не гнушались целовать еще теплые губы, глотая кровь и слюну.
Если учесть, что в обычаях дев войны перед решительным боем было брать любовников из числа обреченных мужчин, это выглядело слегка жутковато.

Второй причиной было слово "лишь". Точней "лишь за этим".
Впрочем, кидаться женщине, соблазнившей его брата, на грудь, и клятвенно заверять, что он пришел сюда ради света ее прекрасных глаз, он тоже не собирался.

Рассмеявшись, упрямым движением высвобождаясь из захвата хищных пальчиков, вытягивая из них длинные пряди волос (так же, только с упрямой злостью делает это борец на поединке), Громовержец отстранился от манко прогнувшегося женского тела и почти упал на косматую спину зверя.
Слышно было, как громко стучит его сердце.
- Ты не желаешь быть трофеем для принца асгардского, но хочешь, чтоб принц асгардский стал твоим трофеем? Смело,- играющие голубые глаза с прищуром смотрели из-под упавших на лицо спутанных волос. Устраиваясь удобнее и подминая под себя звериную шкуру, Громовержец сделал паузу, прежде чем произнести:
- Если ты ищешь только трофеев или добычи, я готов уйти.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1

22

Кончиком розового языка Амора облизнула губы, на которых оставался вкус вина и дыхания Тора. Зеленые глаза сверкнули приглушенной яростью.

Неправильный ответ.

Те, кто приходил к Чаровнице, готов был платить за благосклонность волшебницы любую цену, и никакая плата не казалась чрезмерной, будь то своя или чужая жизнь, или гордость.

Внезапно Амора рассмеялась, откинувшись назад, легко и беззаботно рассыпая золото волос по белой звериной шкуре.

– Но ты здесь, пришел ко мне сам и по доброй воле, и я не прогнала тебя прочь. О чем же мы спорим? О том, чья гордыня возьмет вверх? – промурлыкала она, лукаво усмехнувшись. – Ты правда откажешься от того, за чем пришел? Нам необязательно соперничать. Ни в жизни, ни тем более – в любви.

Темный омут зеленого колдовского взгляда звал, своим огнем беспощадно испепеляя любое притворство и ложь в угоду иллюзиям самообмана или себялюбия. В эту минуту Амора первая верила своим словам.
[AVA]http://sh.uploads.ru/uyoEp.jpg[/AVA]

+1

23

Лицо Громовержца побледнело от гнева, а затем так же стремительно вспыхнуло. Взгляд, устремленный на женщину, полыхнул ярче молний, но это не было пламенем страсти. Казалось, что всемогущее колдовство, хитро сплетенное, ловко наложенное Чаровницей, в этот миг потеряло над ним свою силу.
Но какие заклятия могли с ним сравниться? Кто был настолько силен, чтоб противостоять древней магии Зеркала? Кто имел над душою и сердцем наследника Одина столь большую власть, чтобы перебороть ритуал, подчиняющий обладательнице артефакта мужские сердца?
Неосторожно коснувшись, колдунья, сама не зная, пробудила в юноше новые силы к сопротивлению. Сердце его, что стучало, словно безумное, при отравленных речах искусительницы, замерло в груди.
Гордыня. Одна лишь гордыня не дает ей выпустить из своих сетей захваченную добычу. Не чувство, лишавшее сна и сводившее с ума, не надежда, исчахшая в ожидании, не отчаянье. Только одна лишь гордыня.

О, он знал ее. Тщеславие и гордыня толкали совсем еще юных воинов на бессмысленные убийства, после которых искали они спасенья в вине, и от которых блуждали потом, как безумные, не находя покоя ни днем, ни ночью, засыпая лишь для того, чтобы кричать по ночам. Гордыня побуждала любовников предавать тех, кто был им дороже жизни, чтобы вести счет своим новым завоеваниям, упиваться победами, теряя мечты и желанья. Гордыня и лесть убеждали отца, Одина Всевидящего, что он не человек уже, не долгожитель - живой бог на троне, заставляя его требовать божественной же покорности, не смиряться с кротким и ласковым словом. Множество бед, разорение целых народов были жертвами этой невинной игрушки - гордыни.
И теперь ради нее эта женщина пытается залучить себе под пяту не мальчишку-подмастерья, не воина, не чародея, опасного ей своей силой - царского сына.
Что эта гордыня, как не измена?

Не сводя с женщины глаз, он поднялся со своего ложа, а затем снова склонился, кусая губы от ярости, готовый испепелить женщину пламенем взгляда, побелевшего от проносящихся в голове яростных мыслей.
- Не обольщайся надеждой, что сможешь взять надо мной верх. Никогда и ни перед кем я не падал на спину, как женщина - и ни у кого не просил пощады.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0017/f3/4b/40000.png[/AVA]

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » I put on spell on you