ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     01.2017 - 03.2017
19.11. Последние новости о происходящем на МРВЛБРК!. У нас сразу два новых ивента, спешите в командные темы, ищите приключения!
В игре: Друзья ведут поиски Капитана Америка.
• А Нью-Йорк тем временем поражен новым вирусом. Вы хотели стать Человеком-пауком? А придется, придется...
• Грехи все еще не обузданы, но они уходят на второй план, сдаваясь перед поступью Апокалипсиса...
• Асы пытаются добыть новое оружие взамен Молота богов.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » Практическая магия


Практическая магия

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Практическая магия
http://forumfiles.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://sh.uploads.ru/qx1zZ.gif
Amora | Loki
http://forumfiles.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Горе тому, кто посвятил себя изучению магии и при этом не знает, что такое вдохновение!

ВРЕМЯ
давным-давно

МЕСТО
Асгард

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
it's a kind of magic

[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-11-01 12:40:58)

+6

2

Зеленый, цвета незрелого кислого яблока, прозрачный шар, дрожавший на кончиках широко расставленных пальцев, лопнул с громким хлопком, и к ногам Аморы шлепнулась толстая пупырчатая жаба с восемью паучьими глазами, смотревшими одновременно во все стороны. Жаба была премерзкой, как и настроение Чаровницы.

– Ква, – неуверенно вякнуло создание, но под недовольным взглядом создательницы пошло пурпурно-фиолетовыми пятнами, переступило перепончатыми лапами и превратилось в черного вислоухого щенка, чтобы тут же с веселым рычанием потянуть зубами длинный подол платья Аморы.

– Уйди, – нетерпеливо отмахнулась волшебница, и иллюзия с укоризненным видом рассеялась, забрав толику дурного настроения.

Амора встряхнула кистями рук, уничтожая следы нечаянного беспорядка и буйства магического темперамента: расколотую посуду и опрокинутую мебель. Яркими сполохами побежали языки зеленого пламени, создавая в покоях Чаровницы новую реальность, угодную сегодня капризу волшебницы.

Сводчатый потолок плотно обвился ползучим плющом, на котором распустились белоснежные цветы, источавшие горький и свежий аромат только что лопнувших бутонов; сквозь светлый пол пророс седой северный мох, а стены преобразились в потоки прозрачно-голубой студеной воды, с тихим шелестом ниспадавшей от потолка до пола.

Амора повела рукой, и ковер из мха вспух, выпуская наружу из своего чрева два клубка, свитых причудливым образом из гибких побегов орешника и ивы. Некоторое время ветви хаотично оплетали друг друга, пока не превратились в два глубоких кресла, по форме похожих на наискось разрезанную скорлупу от яйца. Амора ненадолго задумалась, а затем сверху к креслам протянулись несколько тонких ростков плюща, через несколько мгновений ставшие крепкими и прочными веревками, и два яйцеобразных кресла мерно закачались, подвешенные в воздухе и выстеленные изнутри бархатными лепестками багрово-красных роз. Неизменным в текучей и переменчивой комнате остался только стеллаж с книгами, правда, резные ножки, будто поддавшись окружающей вакханалии, воспользовались случаем и пустили корни в мягкий мох.

Будь рядом Локи, Чаровница бы сказала ему, что настроение – это то же оружие мага, и никогда не нужно сдерживать в себе ни злое, ни хорошее. Однако Локи опаздывал, и Амора снова нахмурилась, вспомнив причину своего раздражения.

Со злорадной усмешкой волшебница села в одно из кресел. Пусть теперь принц поищет путь к ней в потоках струившейся воды и заодно продемонстрирует, как он усвоил их прошлый урок.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:18:49)

+3

3

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Опоздания никогда не были склонностью или визитной карточкой второго принца. В отличии от брата, он всегда был пунктуален до тошноты, а уж, когда дело касалось учёбы, и вовсе, старался прийти заблаговременно - вдруг перепадёт лишняя минутка внимания учителей. Пожалуй, учёба была единственной его страстью и за лишнее знание, книгу или минутную лекцию он мог продать почку, семью и отечество. По крайней мере, так могло показаться каждому, кто хоть раз видел тот маниакальный блеск во взгляде юного отпрыска Всеотца, который загорался в его глазах при любом упоминании учёбы.
Вот и сегодня, Локи вышел из своих комнат с большим запасом времени, любовно неся подмышкой целую стопку книг, взятых у Аморы ранее, почитать. И всё было бы прекрасно, он бы, пожалуй, даже отхватил лишних полчаса её внимания (что уж греха таить, в случае с этой прекрасной учительницей, принц готов был не только слушать, но и смотреть, мечтать и немножечко фантазировать), если бы не...
И кто же это мог быть?
Совершенно точно, ответ на этот вопрос мог быть лишь один.
Тор.
И компания.
И, вроде бы, свернул Локи именно в тот коридор, где, обычно, не наблюдалась эта дружная команда по ловле младших братьев. Ан нет, выследили, видать.
И вот, третий принц стоял спиной в нише коридора, наотрез отказавшись отдавать книги, низко опустив голову и мрачно, исподлобья, поглядывая на куражащегося брата. Да обдумывал недавний урок у Аморы, неплохо им усвоенный, кстати.
На то, чтобы незаметно (почти!) сплести заклинание, ему понадобилось собрать все свои силы, пусть и большие от врождённого таланта, но, пока, весьма дурно натренированные. Да и вышло как-то кривобоко. Но, главный посыл получился что надо: огромная, склизкая змея вползла в стрельчатое окно дворца и с булькающим звуком, который, вообще-то, был призван изображать шипение, поползла в сторону бесстрашной троицы, теряя на ходу лягушек, тину, ошмётки водорослей и кувшинок. Всё это тянулось за ней мокрым следом, хотя, в целом, выглядела она вполне плотной и натуральной.
Он успел скрыться с глаз гордых воителей, пока они с криками бегали вокруг монстра, вроде бы, даже пытаясь проявить смелость и боевитость, но, примерно с тем же успехом, с каким сам Локи применял заклинания - кое-как. Само собой, Хитрец не был бы собой, если бы просто сбежал и не полюбовался на произведённый эффект. Так что, чуть-чуть времени у него занял весёлый хохот, коим он сопровождал кучу малу, образовавшуюся при первом внезапном появлении его маленькой змейки.
До покоев своей наставницы он, конечно же, добрался с опозданием. Помялся перед дверями, поправил перекошенную тунику, попытался стереть с неё бурое пятно тины - брызнуло, когда Тор кинулся на змею с кулаками - пригладил волосы и выровнял сбившееся от бега дыхание.
И постучал.
Ответа ждать он не стал, толкнул дверь. Раз не заперта, значит войти ему можно и так. Он и вошёл. Вошёл и замер на полушаге, позабыв о том, что сто раз обещал себе не превращаться в тупого зеваку, всякий раз встречаясь с новыми, потрясающими иллюзиями Аморы. Обещал-то обещал, но как тут рот не открыть?
Задрав голову, Локи попытался рассмотреть утопающий в зелени потолок, перевёл взгляд на сверкающие ручьи стен, осторожно шагнул по травяному ковру, стараясь, подсознательно, не помять пышную зелень.
Кстати о зелени и воде...
Первые пару минут принц, даже, прилежно восторгался, уверенный, что наставница видит его и сама откроет путь. Не открыла. Следующие несколько минут он хмурился, осторожно, как кот, пытался обойти препятствия и найти источник их возникновения в лице златовласой волшебницы. Ещё пару долгих минут он демонстрировал свои познания и таланты в магии, силясь переломить иллюзию, взять под контроль и заставить её открыть ему путь.
Наконец, кое-как, процарапав себе лаз, вовсе не проторённую дорогу, Локи аккуратненько протиснулся в образовавшуюся щель иллюзии и остановился, виновато улыбнувшись Аморе.
- Прошу прощения, по пути возникли некоторые... Препятствия. Я потратил непростительно-много времени на их устранение.

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-05-23 22:57:22)

+2

4

Непринужденно откинувшись вглубь кресла-кокона, Чаровница с любопытством наблюдала, как Локи преодолевает устроенные ею преграды. В какую-то минуту она с разочарованием подумала, что придется сжалиться и открыть путь самой, но нет – справился. Нужную дверь, правда, так и не отыскал, зато создал свою. Интересно... Амора слегка подалась вперед, когда взъерошенный, как птенец ворона, принц предстал перед ней.

– Непростительно, – в мягком и напевном голосе волшебницы позвякивали льдинки, хотя губы ее улыбались. – Оно того стоило?

Она поманила рукою к себе, и отпечаток тины с туники Локи спиралью взвился в воздух, попутно разворачиваясь в призрачные образы тварей, оставивших этот след.

Амора усмехнулась и прищелкнула пальцами, уничтожая видение.

– Неплохо, – она помедлила, прежде чем продолжить с намеренной жестокостью. – Неплохо для кого-то другого. Ты способен на большее.

Теперь волшебница смотрела прямо в зеленые глаза младшего принца, медленно приближаясь, пока не остановилась напротив него на расстоянии вытянутой руки.

– Большее, – повторила она. – Почему ты не даешь себе волю? Ты боишься? – Амора вскинула руку, предупреждая возможные протесты или возмущение. – Нет, ты не трус, но все же ты боишься быть другим, чем остальные асы, твои... друзья.

Последнее слово Амора произнесла с нескрываемой насмешкой. И внезапно оказалась за спиной Локи, положив прохладные ладони на узкие плечи.

– Тебе никогда не быть таким, как они. Не нужно этого бояться, – тихий шепот льется из губ вместе с дыханием совсем рядом, совсем близко. – Это не слабость твоя, а сила. Я чувствую в тебе ту же силу, которая дана мне...

Чаровница отступила назад, вновь давая Локи возможность дышать и думать.

Когда ее настойчиво попросили заняться обучением магии младшего наследника Одина, Амора справедливо заподозрила в просьбе Фригги намерение воспитать за ее счет чародея, который впоследствии будет способен противостоять своей учительнице. Однако прямо отказывать было не правилах Чаровницы, и она согласилась, планируя делиться с навязанным протеже лишь безопасными крохами своих знаний и умений.

Но вышло иначе, едва она увидела Локи не издали, как одного из золотых истуканов у трона асгардского царя, а именно самого Локи; когда разглядела за гладким бледным лицом ту же мятущуюся и ненасытную тьму, что струилась и в ее венах, и с дрожью предвкушения ощутила прикосновение к пальцам податливой и пластичной глины.

Может ли Пракситель отказаться от безупречного куска мрамора, а Сафо от остро отточенного стилуса?
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:18:10)

+2

5

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Локи стоит хмурый, смотрит исподлобья. Всё его самодовольство от победы над Тором и его подтанцовкой, от успешного решения головоломки имени иллюзий Аморы, стекает с него вместе с тем пятном тины, что так легко убирает Чародейка.
Это он-то боится?
Боится быть отличающимся?!
Да он счастлив, что не похож на этих тупоголовых мужланов, способных читать лишь по слогам, а на руны смотрящих так, будто те лично их чем-то оскорбили!
Вот уж нет!
Единственное, чего он боится в отношении этих... Друзей - их кулаки. Потому что, пока что, не научился справляться с волнением и страхом перед болью, при каждой встрече, теряясь и позволяя всем знаниям выветриться из головы. Какой уж тут самоконтроль, когда перед твоим носом гуляют пудовые кулаки?
Да и к чему ему стремиться к их идеалам? Ему нравится быть тем, кто он есть, быть непохожим, не таким, другим. Просто, он - как мать. И мысль эта греет больше, чем любая другая. Пускай Тор будет копией отца, пусть он носит индюшачью гордыню в комплекте с плащом и доспехами. Он, Локи, предпочтёт быть мудрым и хитрым, всезнающим, скрывшимся в тенях чародеем, за которым истинная сила, ибо, как можно вообще сравнивать силу кулаков и оружия с силой мысли и знаний? Несравнимо. И не был бы Один Всеотцом, не был бы любимым и уважаемым правителем, если бы не обладал мудростью тысячелетий. Уж кто-кто,а  он, точно, перечитал каждый том в дворцовой библиотеке. В отличие, от Тора. Глупого, самовлюблённого куска мышц, верящего, что он - настоящий кумир и достойный будущий царь. Царь, да, но мозгами не дорос. А если продолжит жить так, как живёт, так и не дорастёт вовек.
Он возмущён настолько, что странное и волнующее юную кровь поведение волшебницы замечает не сразу. Осекается лишь через пару мгновений, захлебнувшись вздохом и непростительно покраснев, вспыхнув, как алый плащ Тора, заалев щеками и кончиком носа, напрягается в чужих тонких пальцах.
- Я... - Голос садится до сиплого шёпота, выдавливаемого из груди через силу. Локи облизывает пересохшие в момент губы, несколько раз глубоко вздыхает, втягивая воздух носом, чтобы заставить себя успокоиться.
- Я не боюсь быть собой. И стану лучшим чародеем Асгарда. Пока эти тупицы машут своими ржавыми дубинами, я обрету настоящую силу. Она не в мечах, я знаю. - Гордо выдаёт младший принц, вздёрнув подбородок и спасаясь от смущения за бронёй гордыни и самомнения.
- И я надеюсь, что наставница научит меня всему, что знает. Раз уж, наши силы схожи. - Последнее звучит мягче,  по-лисьи льстиво. И пусть, это лесть, но в ней Локи искренен. Из всех в Асгарде Амору он считает лучшей из лучших  и каждый урок ждёт с нетерпением. Её знания, её таланты и сила -  недоступная для него, пока, благодать,к  которой он тянется всем своим сознанием. Тянется, обещая себе, что, однажды, он превзойдёт её. Прекрасную, талантливую, мудрую и очень сильную. Превзойдёт, чтобы показать всем, кто тут, по-настоящему, силён. Чтобы продемонстрировать, как многого может добиться ученик у талантливого учителя. Ведь, так и должно быть, что у сильных наставников ученики, однажды, превосходят их? Он знает - он читал об этом в мудрых книгах с задворок асгардской библиотеки.

+2

6

Амора улыбается, когда слышит ответ Локи. Правильный ответ. Улыбается, позволяя ученику почувствовать ее одобрение как легкое невесомое прикосновение к щеке теплой ладони. Ее смешат юношеская заносчивая самонадеянность и обида принца, смешат и одновременно трогают за живое. Кому, как не ей знать, из каких темных глубин рождается это исступленное желание показать, доказать любой ценой, достичь цели, которая только кажется целью, а на самом деле – средство и путь к своей истинной сущности.

Чаровнице эту дорогу пришлось искать самой без учителей, наощупь, почти вслепую... А Локи будет не один, ему поможет Амора, будет рядом, направит, подтолкнет. Потому что в своей запальчивости Локи заблуждается: сейчас между ним и Тором сходства столько же, сколько различий, и ослепленная материнской любовью Фригга стремится сократить наметившуюся пропасть между братьями. Непосильная задача. Куда легче та, которую поставила перед собой Чаровница.

Влияние Фригги на Локи велико, и Амора не собирается открыто бороться с могущественной ведьмой и матерью, заведомо обрекая себя на поражение. У Чаровницы заготовлено другое оружие, к которому Локи оказался восприимчив, как всякий мужчина, и ей льстят не слова принца, наивные и немного косноязычные, а чуткость, с какой он реагировал на ее близость.

– Хорошо, – говорит Амора, исчезая и вновь появляясь сидящей в кресле. – Просто вспоминай об этом почаще.

Тонкая рука волшебницы, украшенная массивным браслетом в виде змеи, обвившейся вокруг запястья, указывает на другое кресло, и едва Локи занимает место напротив наставницы, окружающая их реальность плывет, словно холст с сырой краской, куда плеснули едкой кислотой.

Вокруг иллюзорно завихрилось зыбкое пространство, более всего похожее на непрочную и текучую ткань сновидений, переливающуюся сразу всеми вариантами несвершенных событий.

– Твоя очередь.

Склонив голову к плечу, Амора выжидающе и чуть насмешливо смотрит на принца. Пусть почувствует вызов своим возможностям чародея. Сила покалывает кончики пальцев волшебницы: она наготове, чтобы незаметно поддержать начатую иллюзию, если у Локи на первых порах не хватит могущества. Уверенность для мага – всё.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:17:18)

+3

7

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Он любит такие уроки. Любит настолько, что готов совершенно по-детски кидаться к наставнице на шею, прыгать вокруг и умолять показать еще фокус. А лучше, позволить ему самому поиграться с волшебными предметами, вынуть, как говорится,  кролика из шляпы.
Само собой, к состоянию нетерпеливого восторга Локи возвращается далеко не сразу. Прикосновение Аморы уже исчезает, сама она, уже, материализуется в кресле, а он, всё ещё, зачарованно прикрыв глаза наслаждается, ощущая оголёнными нервными окончаниями ту мимолётную ласку, что взбудоражила кровь ещё не мужчины, но уже и не подростка. Его учитель - очаровательная, будоражащая воображение, прекрасная женщина. Пожалуй, самая прекрасная в его собственном списке. Куда прекрасней тех дев, что так глупо и великоречиво воспеты в Асгарде. Фрейя, при всей её красоте, славится дурным характером и откровенно-мужскими замашками. Сиф... Об этой и вспоминать, как о девчонке, глупо. Её, разве что, по ошибке, до сих пор, считают таковой. Идунн? Пожалуй, эта хороша. Но больно сладкая, сонная, какая-то... Будто бы, сросшаяся со своими яблоками. Скучно.
Амора же - совсем иное дело. Могущество этой чародейки могло бы поспорить с Фриггой (ему страшно признаваться даже самому себе, но он почти готов признать, что новая наставница подвинула мать в его системе ценностей, касаемых знаний и талантов). Да что могущество? Знания! Абсолютное умение использовать свои способности, плести истинные магические кружева, тонкие и сложные настолько, что вся эта асгардская женская магия не шла с ними ни в какое сравнение. Будто, и не была Амора родом отсюда, будто, соединила в себе лучшие магические таинства иных народов. Альвов всех мастей, к примеру.
А уж говорить про её красоту, про притягательное женское очарование, даже такой книжный червь, как Локи, мог бы часами, находя новые и новые эпитеты, мучительно краснея и бледнея от собственной смелости. Ещё не позволяющий себе пошлые и низменно-физические желания, пока ещё, верный романтическим и возвышенным идеалам, но, вынужденный признать, что она трогала в нём не только душевные и сердечные струны, но волновала и тело, до горячечного смущения и часов, проведённых позже в библиотеке, чтобы умерить странный пыл, спрятаться от него за книгами.
Он отмирает далеко не сразу, облизывается, смаргивает сладкую поволоку, осматриваясь, временно запирая восторг поглубже в себе. Чтобы уступить место восторгу иного плана, тому, что порождает лишь тяга к знаниям, познание нового, достижение иных высот. Кивнув, принц спешит подсесть во второе кресло, жадно, внимательно следит за плывущей и опадающей реальностью, сдерживает нетерпеливые порывы, заставляя себя сосредоточиться, взять в руки ненужные эмоции, собраться и оценить пространство вокруг.
О, Амора щедра на дары и магия, чистая, живая, полная первобытной силы и того самого, едва-уловимого аромата её личности, похожего на очаровывающий флёр духов в пустынном коридоре, по которому, несколько минут назад, прошла загадочная красавица, эта магия клубится вокруг, готовая к работе, погружает в свою пучину, ласково укачивает в объятиях. И Локи расслабляется, понимает вдруг, какую именно иллюзию подсказывает ему сама магия, прикрывает глаза, сливается с миром вокруг, слушает этот ровный шепот, тянется к нему, соединяя своё воображение, предложенную силу и собственные умения.
Окружающая их реальность вздрагивает, идёт рябью и начинает меняться с некоторой неохотой. Там, где только что были зелень и ручьи, образуется толща морской воды, кресла парят в ней, покачиваются, окружённые красочными зарослями кораллов. Локи пытается создать разноцветных тропических рыб, но выходят слабые мороки, слишком нечёткие, слишком "деревянные" в движениях.

+2

8

Бледные пугливые тени рыб словно отражение первых смутных желаний Локи – пока еще не чувства, но предчувствие. Восхищение принца омывало волшебницу вместе с сияющими волнами иллюзорного моря, ощущение привычное ей и вместе с тем новое. Слишком молод и почти невыносимо наивен для той силы, что дремала в нем, неуклюже ворочаясь в полусне, вот-вот готовая пробудиться. Искусительный дар, предлагаемый на доверчиво раскрытой ладони, от которого Чаровница не могла и не хотела отказываться.

Едва заметным движением руки Амора вдыхает жизнь и краски в созданную Локи иллюзию, точно так же, как поможет понять истинную природу того, что волнует его кровь. Маленькие яркие рыбки бросились врассыпную, закружившись в причудливом танце внутри кораллового лабиринта и радуя глаз переливами цветных пятен, которые мозаикой складывались в самые различные узоры, ни разу не повторившись.

Ветви корраллов прогнулись, образуя кольцо, которое сблизило два плывущих кокона.

– Ты думаешь не о магии сейчас, а эта стихия ревнива и мстит за пренебрежение, – мягко упрекнула она ученика, но чарующая улыбка подсказывала, что Амора не так уж сердится на невнимательность и нерадивость принца. – Ты сам усложняешь себе задачу, Локи.

Волны качнули кресла, и улыбающееся лицо волшебницы вдруг оказывается очень близко, можно услышать ее тихое дыхание, увидеть золотые искры, мерцающие в зеленых глазах Чаровницы, в которых вместо смеха таится что-то иное, темное и опасное.

– Усложнить еще? – горячий шепот касается губ Локи вместе с поцелуем, легким, как крыло бабочки, и обманчиво невинным. Как соленая морская вода, он не утоляет жажду, а только разжигает ее сильнее.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:16:53)

+1

9

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Творить живые образы сложно так, чтобы они казались живыми и естественными стороннему наблюдателю. А если, ты выбираешь для иллюзии стихию, которая, сама по себе, в каждое мгновение и всей своей сутью - одно живое существо, колышущееся, текущее, переливающееся, то сотворить целую россыпь живых созданий, каждое из которых, должно быть само по себе, кажется задачей невыполнимой. Но Локи, юный и старательный ученик самой талантливой чародейки Асгарда, готов из кожи вон лезть, лишь бы только, заслужить похвалу. Выбрав образ для иллюзии, он поспешил, решив, что колыхание магии легко позволит ему создать подводный мир, поторопился удивить свою наставницу сложностью образа. И вот, слишком размазанные и мутные силуэты рыб заставили его потеть в попытке сделать их естественнее.
Когда же, иллюзия легко и красочно развернулась вдруг, вдохнула полной грудью, освободилась от его жалких попыток, тешить себя надеждами на собственный успех, младший принц не спешил. То, как легко выскользнули магические нити из его рук, не оставляло никакого простора для фантазии и надежд на собственную гениальность.
Наставница внесла свою лепту, превратив жалкое подобие в совершенство.
- Я... Нет! - Он поспешил вскинуть взгляд на Амору, смешав в нём возмущение отличника, обвинённого в незнании предмета и вину за неудавшееся задание.
- Я думал только о магии, просто, слишком много деталей, их сложно одновременно создать вс... - Локи уронил голос до рваного вздоха и проглотил окончание, завороженно глядя на чародейку, вдруг, оказавшуюся так близко, что он мог бы рассмотреть узор радужки в её глазах. Красивой, надо сказать, радужки.
Принц испуганно замер, как замирает перед удавом кролик, облизался раз, другой, боясь отстраниться и рассердить наставницу, кажется, что-то ему говорящую.
Что именно?
Мысль вспыхнула и погасла. Нет, не погасла - взорвалась вспышкой сверхновой, когда теплые губы самой красивой девы Асгарда сомкнулись с его губами, пересохшими и обветренными, кстати. Локи от этой дурацкой мысли вспыхнул, испугался, сжался весь, уверенный, что вот сейчас Амора, совершенно точно, в нём разочаруется. Тем более, что опыта в происходящем у него не было вовсе. Не Тор он, в конце концов.

+3

10

С тихим смешком волшебница отстранилась первой, напоследок проведя ладонью по гладкой щеке принца. Кожа мягкая и нежная, как шелк, в который Амора так любила укутывать свое тело.

– Не нужно диктовать магии свою волю, позволь ей просто быть и направляй туда, куда нужно. Ты ведь не думаешь, как дышать? Не приказываешь крови бежать по твоим венам? Позволь миру вокруг быть тобой, и сам стань им. Это... как поцелуй, – голос Чаровницы упал до едва слышного шепота, но она была уверена, что Локи ловит каждое ее слово.

Но иногда слов недостаточно, необходимо чувствовать.

Поцелуй Чаровницы способен был полностью подчинить колдунье любого – так болтали об Аморе в Асгарде, и она не опровергала эти слухи, презирая жалкие оправдания для мужских слабостей. К тому же, это была не совсем ложь – и не совсем правда. Как обычно бывает, истина была где-то рядом.

От мыслей Аморы прозрачная бирюзовая вода вокруг потемнела, словно перед штормом, стайки разноцветных рыб испуганно заметались. Гнев колдуньи вязким илом стелился по дну иллюзорного моря, пятная липким черным следом стены и подбираясь к подножию кресел. Колебания и завихрения воды, на первый взгляд хаотичные и случайные, складывались в гротескно искривленные лица, перетекавшие одно в другое. Лица, в которых, несмотря на искажение течением воды, легко угадывались надменные черты асов. Память и обиды Локи должны были для него дополнить подробности тех, кого он увидит.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:16:17)

+2

11

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Не то чтобы это был его первый поцелуй. Все же, живя в Асгарде, где сам воздух толкает к плодовитости, сложновато оставаться чистым душой и телом. Да и какой нормальный мальчишка откажется от экспериментов в период бурного созревания? Конечно же, Локи целовался. То были и неумелые мокрые поцелуи сверстниц, и нагловатые попытки старших дам, уверенных, что срывают первый поцелуй с губ принца, и собственные эксперименты ради опыта и изучения процесса. Ну, раз уж Тор считал это всё таким притягательным и неповторимым, пел о том младшему в уши часами, разливался соловьём про девичьи губы, то как тут было устоять учёному уму и не провести пару экспериментов для объективного суждения?
Так вот, это не был первый поцелуй Локи.
И это был _первый_ поцелуй.
Просто потому, что всё, что было до Аморы - не имело больше никакого права называться поцелуями вовсе. Так, непонятные и глупые действа. Телодвижения.
То же, что произошло с ним теперь...
Принц сморгнул раз, другой, улыбнулся глупо и совершенно растерянно, коснулся кончиками пальцев собственных губ и не посмел поднять на наставницу взгляд, мучительно вспыхнув, алея даже кончиками ушей. А потому, и происходящее вокруг не приметил сразу, разве что, отдавая образы в пространство, смешивая своё с Амориным, давая окружающему магическому океану новую пищу для порождения шторма, наполненного обидами, страхами, неприязнью, а с тем вместе, стыдными воспоминаниями и неудачных попытках.
- Я... - Выдохнул он, наконец, но сорвался на хрип и поспешно облизнулся, переводя дыхание, рассматривая свои руки и носки туфелек чародейки.
- Я запомню ваши слова, наставница. Думаю, после небольшой практики, я справлюсь с этим. Ваш пример был... Весьма нагляден. - Роняет он голос почти до шёпота, испугавшись собственной наглости, высунувшей нос прежде, чем он сам успел осознать это.

+2

12

Ей бы улыбнуться сейчас – нежно, насмешливо, снисходительно – но Амора без тени улыбки смотрит на Локи. Он отводит глаза, избегая подолгу смотреть на нее, как на солнце, но она знала, что он видел ее, как солнце, и не глядя. Локи весь перед ней, как на ладони, и Чаровница внезапно пугается, словно ей в руку упала ледяная звезда с колкими лучами, пронзительно сияющая ослепительным светом, но способная изранить своими острыми гранями. Настоящее и вероятное будущее слились перед взором волшебницы в единый миг, и только от нее зависело, станет ли это будущее возможным.

Где-то вдалеке послышался слабый звон, похожий на звук лопнувшей струны, и тёмные морские волны, бушующие вокруг, посветлели и отхлынули прочь, обнажив ровный белый песок. Наверху, сколько видел взгляд, раскинулась темная глубокая синь неба, еще подсвеченная последним розовым отсветом заката. Кроме песка, моря и бесконечного неба, больше ничего нет. Соленый ветер касается лица, оставаясь на губах вкусом поцелуя Аморы.

– Что ж, попробуй еще... Сначала ты искал вход, найди теперь выход.

Длинный подол зеленого мшистого платья Чаровницы волочится по песку, постепенно напитываясь влагой. Море, покорно отступившее недавно, медленно и неотвратимо наступает снова. Будь на месте Амора Карнилла, она бросила бы ученика наедине с вышедшей из под контроля стихией магии, предоставив ему выбираться самостоятельно или утонуть...  Но она не Карнилла.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:15:28)

+1

13

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Выход? Локи удивлённо смотрит вслед Аморе, ловит цепким взглядом каждую мелочь в её образе, каждый мельчайший акцент. Сверкающие янтарём и золотом волосы, зелень платья, так ярко перекликающаяся с глазами, что кажется, будто Амора и её одеяние - одно целое. А может, так оно и есть. Когда имеешь дело с чародейкой, с её высококлассными иллюзиями, сказать точно нельзя абсолютно ни о чём, что видишь, слышишь и ощущаешь.
Младший принц засматривается, облизывает солёные губы, любуется точёной статуэткой слоновой кости, нефрита и янтаря на белом песке, призывно, чарующе ему улыбающейся. Засматривается настолько, что сам не замечает, как тяжёлые воды окружают, сдавливают в своих объятиях бурным приливом.
За что и расплачивается.
Внезапным удушьем. Будто, море вокруг настоящее. Дёрнувшись, мгновенно запаниковав, он тратит остатки дыхания, испуганно озирается и пытается грести к берегу. Но испуг - мгновение. И вот уже, разум берёт верх над эмоциями. И Локи успокаивается, замирает, позволяет себе опуститься на дно, усесться там и расслабиться, закрыв глаза. Медленно, почти неощутимо, но окружение меняется. Темнее и, почему-то, холодеет вода. Вокруг принца расцветают подводные ледяные цветы. Он и сам не знает, почему выбрал зимний вариант. Оно пришло само, затопило ночным спокойствием, расползлось вокруг тонким инеистым узором. Волны замедлились, сгустились, обращаясь в кашу из воды и мелких кристаллов льда, отступили, открывая каменистое дно, почти пустынное, если не считать морских звезд и ежей, да редких пожухлых водорослей, изрядно тронутых льдом.
Локи выдохнул длинно, спокойно и открыл глаза, с выжидательной улыбкой взглянув на наставницу.

+1

14

– Неплохо...

На сей раз в голосе Чаровницы нет ни ласковой насмешливости женщины к неоперившемуся юнцу, ни снисхождения опытной ведьмы к неофиту. Амора приятно удивлена, и в то же время – Локи оправдывает ее ожидания. Рука волшебницы легко касается белоснежных ледяных игл, пробуя на прочность вдоль острого края и удовлетворяя ее пытливую любознательность. Лед под ее пальцами не тает, а превращается в мелкое крошево, осыпаясь с ладони стеклянным дождем.

– Видишь, как просто? – Амора вполоборота поворачивается к Локи, улыбаясь уголком рта. – Нужно всего лишь использовать свойства, изначально заложенные природой. В воде, в огне, в животных... или людях. – последнее слово не произносится вслух, но оно, несказанное и угадываемое, морозной взвесью висит в воздухе. – Пойдем.

Негромкий хлопок в ладоши словно пробудил ото сна застывшую во льде иллюзию. Тонко завибрировав, ледяные кристаллы начали трескаться и рассыпаться, ниоткуда налетевший пронзительный ветер подхватил осколки и закружил снежной метелью, то швыряя в лицо, ослепляя, то коварно забираясь за шиворот, чтобы ознобом скатиться вдоль позвоночника. Вот и сама волшебница оказывается подхваченной шальным ветром и, разбившись на множество осколков, уносится прочь.

И только вдали виднеется зовущий жаркий огонь, обещание тепла и долгожданного пристанища, где путника после длинной дороги ждет вино, еда и любовь.

– Пойдем, – шепчет ветер голосом Чаровницы и смеется ее серебристым смехом.
[AVA]http://s5.uploads.ru/I1AxT.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:14:50)

+1

15

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Новая похвала, казалось бы, почти такая же, как прежние. Тор бы, точно, не заметил разницы. Но Локи чувствует изменившиеся интонации, видит взгляд волшебницы и душа его преисполняется гордости. Гордыни, даже! Вот оно, именно его хвалят, именно он - номер один, обошедший в искусстве брата, отца, а может быть, сможет, в будущем, стать более умелым, чем матушка. И всё это - благодаря собственным усилиям и помощи Аморы. О, эта женщина захватывает его разум. Она умна, хитра,  красива, талантлива. И, кажется, всерьёз настроена его соблазнить. Юный принц наивен, но не настолько, чтобы не понимать, куда всё клонится. Впрочем, понимание это не мешает ему цепенеть под её взглядами и ласками, терять волю от этих алых губ, изгибающихся в насмешливых улыбках, от тонких пальцев, едва касающихся его, вскользь. И голоса, шёпот которого заставляет кожу покрыться мурашками. Одним голосом Аморы можно свести с ума мужчину. Даже, самого стойкого мужчину. Даже, такого книжного червя, как Локи, чувственной стороной юности заинтересованного мало. 
И не только голосом. Эти полуулыбки, это бархатное тягучее движение, поворот головы, взгляд, в конце концов!
Да один взгляд чародейки способен сломать самого стального бойца, превратив его в верного пса у её ног.
Лишь бы, коснулась макушки, погладила нежными пальчиками по шкуре.
Младший принц забывается, не замечает колючего морозного ветра, ледяных осколков, секущих кожу лица. Он смотрит на ту, что уносится с порывом ветра, тянется вслед, шаг за шагом, сначала медленно, едва переставляя замёрзшие ноги, а потом, всё быстрее, почти бежит в сторону огня вдали. Спешит за голосом, словно его, вместе с обладательницей, может навеки унести жалкий воздушный поток.

+1

16

Снежный ветер зло швыряет в лицо колкие ледяные иглы, ослепляет и кружит, и только манящий женский голос не дает принцу сбиться с дороги, по которой он упрямо бредет почти наощупь. Внезапно ветер стихает, и воцаряется белое ледяное безмолвие на много миль, насколько видит взгляд, обволакивает, давит вязкой тишиной.

Снег бугрится белыми хлопьями с мягкими переливами светотени – так, что кажется, будто под ногами не снег, а облака или густой туман. Белая пелена редеет, и открывая взору, что облака – не обман зрения, а новая иллюзия. Локи стоит на краю пропасти, а вокруг заносчиво вздымаются горы, вспарывая острыми вершинами синее небо. В тени скалистой расщелины притаилась бревенчатая хижина с низкой двускатной крышей, и из ее распахнутой двери льется тот же теплый свет, что вел Локи. Ветер, превратившись из противника в друга и сообщника, легким толчком между острых лопаток подталкивает принца в спину. В сравнении с ослепительной разреженной белизной заснежных горных вершин внутри хижины притаился густой сумрак, разбавляемый лишь рыже-золотыми сполохами пламени.

– Входи же, – голос Аморы звучит совсем близко, и привыкшие к полумраку глаза видят, что огонь, звавший Локи, горел не в очаге. Этим огнем была сама Чаровница.

Одетая в струящиеся языки пламени, будто в золото и пурпур царского наряда, Амора, улыбаясь, протягивала навстречу гостю руку, в которой покоилась чаша с темно-рубиновым вином. На завитках распущенных по плечам золотых волос, сверкая, вспыхивали и гасли рыже-алые искры.

– На сегодня твой урок окончен, – Чаровница смеется, но в глубине зеленых глаз можно различить затаенный вопрос и нетерпеливое предвкушение. Отказа она не ожидает и не потерпит. Время пришло.
[AVA]http://sh.uploads.ru/7BQ9u.gif[/AVA]

+1

17

Верно говорят, что Чаровнице нет равных во всех девяти мирах. И даже мать его, великая Фригга, давно уже не сравнится по искусности с Аморой. То, что вытворяет юная златовласая богиня, достойно не просто уважения. Это величайшее искусство, которому стоило бы поклоняться. Как глупы асы, что ценят лишь силу мускулов, не замечая у себя под боком совершенство. Совершенно оружие против любого врага. Пожалуй, это вдохновляет. Вдохновляет стремиться превзойти, постичь искусство и овладеть им в совершенстве, стать тем, кому не будет равных в бою и в миру.
Локи улыбается шалой улыбкой восторженного поклонника, что готов радоваться и грубому слову своего кумира. Тут же, на него тратят искусство. Нет, Искусство! Ради него одного чародейка создаёт целый мир, щедро расходует свою силу и свою магию, чтобы только одному юному асу казалось, что происходящее с ним есть истина. Снег скрипит под ногами, ледяные иглы ветра и льда оставляют на коже алые росчерки, озноб пробирает, морозными пальцами забирается под одежду и под саму плоть, кажется, до хруста выстужая кости. И пропасть под ногами скрывается в бархатной синей тьме, выдыхает на него ледяной бездной, тянет невидимые с такой высоты каменные клыки, зовёт упасть в неё, разбиться вдребезги, нанизавшись на острые скалы.
Тёплое сияние хижины прорезается сквозь мрак и ледяную корку как раз, когда кажется, что пропасть загипнотизировала принца и он уже готов сделать шаг.
С рваным вздохом облегчения он спешит на алое и рыжее тепло, распахивает дверь, шагает в душную полутьму, остро пахнущую хвоей, смолой и нагретым деревом. А ещё немного, тонким, медово-горьким ароматом его наставницы. Локи тянется к тонкой руке, прихватывает бокал, скользит кончиками пальцев по тонкому запястью, прежде, чем разорвать контакт. Поспешно осмотревшись, он высматривает в полутьме стул. Не найдя, опускается на пол, устраиваясь у ног Аморы, походя наколдовав себе звериную шкуру.
- Как жаль, я только-только начал постигать ту легкость, с которой наставница справляется с иллюзиями. - Его полуулыбка таит в себе недоверчивое ожидание, плохо-скрытую попытку выдавить из себя не просто комплимент, а правду, красиво украшенную его восхищением.

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-08-19 18:03:27)

+2

18

Усмехнувшись, Амора касается темной макушки Локи, пропуская между пальцев непослушные юношеские кудри. Безыскусное восхищение Локи ей льстит. По своей неопытности он пока не догадывается, насколько проще поддерживать иллюзию в небольшом замкнутом пространстве, закольцовывая и стабилизируя заклинание внутри самого себя. Не знает, что его собственная сила мага неосознанно участвует в поддержании колдовства Чаровницы, ибо таково его желание – погрузиться в мир ее волшебства. Локи многого не знает, зато чувствует правильно.

В Асгарде грубая сила и доблесть воинов всегда ставились превыше магического искусства. Несправедливость, которая имела более глубокие корни, чем слабость или страх магов. Номинальная власть не привлекала мудрых, способных мановением мизинца менять реальность; пресыщенные могуществом, они утратили вкус к жизни, но Амора была слишком молода, чтобы считать подобное безразличие мудростью.

Магия сама отмечает своей печатью достойных, и сейчас перед Чаровницей был ее будущий союзник, соратник ее честолюбивых начинаний... Безусловно, Амора без труда могла бы пленить юного принца своими чарами, но Локи пришел к ней сам, по собственному выбору, и его хрупкая юношеская влюбленность зачаровывала Чаровницу.

Мягкая ладонь волшебницы обводит контур угловатого лица Локи, приподнимая за подбородок. Склонившись к принцу, Амора смотрит в глаза, зеленые, как у нее, но более чистого прозрачного оттенка – годы и горький опыт еще не замутили этот источник.

– Если так, то урок тобой усвоен, – говорит она, забирая чашу и отпивая глоток с того же краю, откуда пил Локи. Губы Локи должны ощутить ее поцелуй, обжигающий и сладкий, как пряное вино.
[AVA]https://image.ibb.co/hALdXe/1534583719902.jpg[/AVA]

+1

19

Окружающая их иллюзия, действительно, очень нравилась Локи. Иррационально привлекали его эти заснеженные ледяные горы за стеной домика, эта морозная, хрусткая ночь и жаркое пламя камина. И Аморы. Он, будто, впервые за всю свою жизнь, был дома в больше мере, чем где-либо в Асгарде. Потому, иллюзию он согласился бы поддерживать даже, скажи Чародейка ему о том, что та питается его магией и его верой.
И, может быть, младший принц, даже, обдумал бы это странное ощущение уюта зимней ночи, прямо теперь, если бы перед ним не было более важного источника вдохновения. Может быть, он потом вернётся к этой мысли, а теперь... Теперь он смотрел на Чаровницу с немым восхищением, на время, позабыв всю свою язвительную натуру, обычно, весьма успешно затачиваемую об любимого братца, в отместку за его грубые и безыскусные шутки с силовым уклоном, после которых младший, через раз, цвёл новыми синяками.
Мысль об уроке успешно выветрилась из головы Локи, стоило Аморе коснуться его. Он потянулся следом, приподнимая голову, почти подставляясь под ласкающие пальцы, как делают это тощие уличные коты, если, походя, провести рукой по их пыльной встрёпанной шерсти. Мигом из головы вымелась обидная встреча с братом и его подпевалами, его мокрое появление на уроке после этой встречи, мысли о странной тяге к зимней ночи и холодным снежным скалам, неудачи в магической практике и, наконец, обещание, данное себе накануне. Не увлекаться Аморой.
Где там?
До той поры, когда воля его станет твёрже Мьёльнира, а хитрость расцветёт до тех высот, что прозвищем его будет "Бог хитрости" ещё века и века, а потому, и не тягаться, пока, юному принцу с чарами красивейшей женщины.
Локи только завороженно кивнул ей, толком, даже не включившись в смысл сказанного. Он был согласен с её мнением априори. И пальцы на ножке бокала разжал послушно, зачарованно наблюдая, как медленно Чаровница подносит его к губам, как сочетается цвет вина с цветом её губ, как они касаются тонкого края именно там, откуда пил сам Локи. Принц облизнулся, почти заставив себя сморгнуть и тихо вздохнул, окончательно сдаваясь на волю очарования его наставницы.

+1

20

Амора рассмеялась звонким девичьим смехом, и его теплое звучание сделало Чаровницу моложе, будто повернув время вспять к той поре, когда сама она была ученицей королевы норн. Рядом с Локи теперь была его ровесница – и в то же время прежняя Амора, с плавными, текучими, будто вода, движениями и манящей улыбкой. Пламя, второй кожей обнимавшее ее тело, больше не слепило взгляд, а притягивало мягким сиянием – взглянув один раз, трудно было отвести глаза.

– Когда-нибудь ты сравнишься со мной в магии, – проговорила волшебница.

Она разжала ладонь, и чаша с вином неподвижно зависла, слегка колыхаясь в воздухе, словно отблеск огня, а затем неспешно спланировала на шкуру слева от Локи. Туда же, куда мгновением позже опустилась и Амора.

– Но кое в чем мы равны уже сейчас, верно?

Глаза, полные зовущей зеленой тьмы с золотыми искрами, были совсем близко. Уже не ободок колдовского бокала, а горячие губы Чаровницы коснулись сухих и обветренных на морозе губ принца. Несмело. Осторожно. Или дразня и искушая? Там, где тонкой потрескавшейся кожи касалось дыхание волшебницы, нанесенные ею же раны затягивались, пробуждая другой лихорадочный жар.
[AVA]https://image.ibb.co/hALdXe/1534583719902.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-09-16 21:23:08)

+1

21

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
О, в голове остроязыкого Локи, хоть и юного, уже сейчас крутился целый ворох ответов, от саркастичных до едва-ироничных, от холодных до утончённо-романтичных. Вот только, не пришло ещё то время, когда мысли его лились с языка легко и всегда к месту. А потому, младший принц лишь сглотнул с языка фразу, что успел отловить за хвост и посчитать недостаточно оценённой со всех сторон, чтобы быть выпущенной на волю.
Оставалось только робко улыбнуться и, снова, кивнуть. Он, ещё было, собрался спросить, в чём именно они могут быть равны ныне, если Чародейка превосходит его во всём?
Не успел, подавился вздохом, когда горячие губы скользнули по его губам, почти отшатнулся, вовремя спохватившись, остановив свой испуг, что мог оскорбить Амору. Несколько долгих мгновений он лишь хлопал глазами, не веря в то, что сама Чаровница целует его, даже дыхание задержал, слов испугавшись спугнуть.  И, лишь спустя несколько ударов сердца (пару десятков, учитывая, как оно понеслось вскачь), он решился, приоткрывая пересохшие губы навстречу, подаваясь вперёд и позволяя себе прикрыть глаза, осторожно, самыми кончиками пальцев коснуться плеча наставницы, лишь намечая попытку обнять.
Мир вокруг, сузившийся до круга света, испускаемого кожей Аморы и пламенем камина, словно замер, превращаясь в густую патоку, жар пламени облизал кожу, согревая, разжигая собственный внутренний огонь, воздух загустел, повис маревом, скрадывая остатки звуков, коих и так вокруг было немного, затрудняя дыхание, заставляя сердце заполошно вырываться из грудной клетки.

+2

22

Похоже было, что жар, испепелявший принца, обжег и золотоволосую волшебницу: от несмелого его прикосновения она вздрогнула; ее взгляд, будто завороженный, не отрывался от молодого лица, жадно скользя по трепещущим в лихорадке губам, запавшим в волнении скулам, вздувающимся и бессильно опадающим жилам на шее – всем приметам пробуждавшихся желаний, которых, возможно, Локи раньше не знал.

Амора улыбнулась и подняла ладонь, купая светлые пальцы в алом отсвете огня, будто перебирая струны незримой арфы. Широкий рукав, расшитый по краю мелким бисером, тяжело опал, обнажая руку до белоснежного округлого локтя. Неожиданно сильным движением она толкнула Локи в грудь, опрокидывая навзничь.

Грубый дощатый пол хижины пришел в движение, словно палуба корабля. Мягкие ковры, ластясь, стелились под ноги Чаровницы и ее гостя, и на их пушистом ворсе можно было прочесть знаки разных стран. Новые и старые, яркие цветастые и благородно-сдержанные, дорогие и дешевые, вышедшие из-под рук мастериц разных городов, сословий, достатка, казалось, были небрежно брошены здесь однажды, да так и остались лежать, постепенно смешиваясь с другими, подобно тому, как прибрежный ветер тасует песчаные дюны по одной ему ведомой прихоти.

За маленьким круглым окном хижины буря стихла, и умирающее закатное солнце ушло за край горизонта; сумеречные тени, точно спущенные с привязи немые псы, молчаливо и стремительно ринулись к земле. Небо стекало на растрескавшуюся ледяную твердь, линяя светлой синью на белый снег, само окрашиваясь чернотой, проколотой яркими ослепительными точками звезд, нанизанных в ожерелья созвездий. И точно прикрытый глаз дремлющего дракона, брезжил узкий серп молодого месяца, суля недоброе предзнаменование робким душам и зарождение новой жизни – смелым. Под взглядом этого полуслепого глаза лик горного пейзажа выцвел, резко распавшись на черное и белое, цвета смерти и небытия. Лишь рядом с Аморой оставались краски и жизнь. А время... Время как будто остановилось по мановению руки волшебницы, не смея перешагнуть зачарованный порог. Здесь Чаровница и только она была полновластной хозяйкой и владычицей.

Амора склонилась над Локи и увидела в его правом расширенном черном зрачке свое перевернутое отражение, а в левом – непроглядную тьму.

– Ты спросишь, в чем мы равны? – чуть усмехнувшись, проговорила она. – Взгляни на небо. Молодой месяц и полная луна – одно это или нет? Ты это я, какой была когда-то. А я – то, кем ты станешь.

Рукой, объятой огнем, Чаровница коснулась его щеки вдоль острой линии скул, мягкого изгиба шеи, выступающих ключиц в распахнутом вороте. Другого этот огонь заставил бы корчиться от боли. Или от желания столь сильного, что от боли не отличить. Магия, как любая стихия, требовательна к своим избранникам, но к тем, в ком нет даже ее искры, по-настоящему жестока и безжалостна.
[AVA]https://image.ibb.co/hALdXe/1534583719902.jpg[/AVA]

Отредактировано Amora (2018-10-04 22:08:00)

+2

23

[AVA]https://b.radikal.ru/b26/1805/4f/ae139b6a4c28.jpg[/AVA]
Прекрасная.
Та, кого зовут Чаровницей, прекрасна во всём. Магия. Внешность. Таланты. Умение держаться, соблазнять.
Совершенство.
Локи зачарованно наблюдал, позволяя пламени отражаться в немигающем взгляде, устремлённом на прекраснейшую из женщин Асгарда. Она казалась хрупким узором золотистого пламени, рисунком инея на окне, освещённого рыжим зимним рассветом, такая же, хрустальная, искрящаяся, обманчивая и сияющая красками, плавящимися и меняющимися на глазах. Свежая, воздушная. Золотой мираж о котором можно только мечтать. Казалось, глядя на неё, любой мужчина способен позабыть обо всём на свете, будь то любовь, дети, работа, геройство, собственная страна и судьбы мира. Он читал когда-то мифы мидгардцев, там было что-то о прекрасных островитянках, что очаровывали бравых моряков и те забывали обо всём на свете, становясь их вечными рабами.
Не то чтобы юный принц готов был податься в рабство, но в эту минуту он позабыл и о брате, и о троне, и о родителях и, даже, о собственной жажде знаний, на которую он променивал дружбу, женщин, вино и тренировки.
Была только она.
Амора.
Он позволил опрокинуть себя на пол и лишь краем сознания отметил, что там, где, только что, были нагретые камином доски, теперь под спиной мягкий толстый ворс. Прикосновение волшебницы обожгло так, как может сделать лишь касание истинной магии, заставило вздрогнуть, приоткрытым ртом втянуть воздух, когда искры волшебства осели, забурлили в крови пузырьками, кажется, вскипятив её в один миг. Почуялось даже, будто огненное сияние переползло на его собственную кожу, растекаясь по ней жаром.  Локи не посмел прикрыть глаза, не позволил себе зашипеть или отпрянуть. Вместо этого, он вскинул руки, обеими руками касаясь плеч Чаровницы, окуная пальцы в окружающее её пламя. Сгорит? Что ж, пусть так. Он не против, если сумеет, хотя бы на миг, прикоснуться к ней, к луне, что сошла к нему сама с ночного неба и позволила ощутить своё сияние так близко. К луне, которой сама она зовет себя. Луне, что вовсе не холодна, как приписывают ей, а горит,  истинным магическим пламенем, недоступным ни солнцу, ни огню, ни молниям.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » Практическая магия